Укрощение "Поглотителя".
«Тверская, 13» не раз выступала против практики «недружественного захвата» и последующего перепрофилирования столичных предприятий. На этой ниве особо был известен «Росбилдинг». Но после критики мэра «Росбилдинг» признал его правоту и стал на путь сотрудничества с городскими властями. Наша газета об этом рассказала в N 113. Сегодня - продолжение темы.
Елена БУЦМАН
Развернувшееся перед москвичами драматичное противостояние между крупнейшей компанией-поглотителем «Росбилдинг» и мэром Москвы, несмотря на весь свой драматизм и кажущуюся непредсказуемость, пришло к весьма логичной развязке Драма в пяти действиях с одним антрактом шла при полном аншлаге, но закончилась на редкость благополучно. Возможно, в дальнейшем этот конфликт будет использован в качестве хрестоматийною примера в тех учебных заведениях, где готовят к высокой исторической миссии будущих государевых мужей
АКТ ПЕРВЫЙ. ЭКСПОЗИЦИЯ
«Росбилдинг» появляется на московской сцене. И с первых же минут включается в активную игру под названием «скупка акций» и «перепрофилирование». На линии бизнеса оказываются по большей части продуктовые магазины и предприятия бытового обслуживания. Иногда, правда, приходится применять силу и выставлять старый менеджмент и несговорчивых работников на улицу. Но и те и другие, как правило, быстро находят себе новую работу, и социальная сфера города от этого не страдает. А новый менеджмент зачастую оказывается более прогрессивным и выводит предприятие на новые высоты. «Объемный» взгляд на события и самый поверхностный анализ показывают, что в целом (за исключением морально-нравственных издержек) от такого поглощения экономика города только выигрывает.
АКТ ВТОРОЙ. ПРОМЗОНА
Вдохновленный целым рядом впечатляющих побед на продуктовом рынке «Росбилдинг» решил расширить сферу влияния - переключился на промышленные предприятия. Первыми пали неликвиды типа Москожзавод, где на площади в пять гектаров в одном цехе на трофейном оборудовании начала века трудились двести работников. А на стальных производственных площадках разместилась со всем своим скарбом целая вьетнамская колония. И здесь город вроде бы только выиграл.
АКТ ТРЕТИЙ. КУЛЬМИНАЦИЯ
Как всегда, во всем оказалось виновато чувство меры. Оно-то и подвело «Росбилдинг» После кожзавода компания начала банкротить правых и виноватых, безнадежных в экономическом отношении аутсайдеров, и передовых флагманов.
«Точка разрыва» была достигнута тогда, когда в орбиту активности компании попала фабрика имени Петра Алексеева. Скупив акции и поменяв менеджмент, компания решила сменить профиль предприятия В результате свыше тысячи ткачих получили на руки уведомление об увольнении.
Обескураженные и загнанные в угол ткачихи, нарисовав от руки плакаты, устраивают пикет прямо напротив московской мэрии. На плакатах было начертано: «Лужков, спаси нас от «Росбилдинга»!»
АКТ ЧЕТВЕРТЫЙ. НАКОПЛЕННАЯ ЯРОСТЬ
Власть не могла не отреагировать на столь дерзкий вызов. «Росбилдинг» покусился на святая святых - социальную сферу города. В правительстве Москвы давно уже с неодобрением поглядывали на экономические эскапады «Росбилдинга». Теперь «напряжение ожидания» достигло точки разрыва. Лужков дал отмашку, и в мгновение ока были мобилизованы все административные и интеллектуальные ресурсы власти. В результате «Росбилдингу» было сделано безотказное предложение.
«Ничего у вас не получится - сказал Лужков на заседании правительства Москвы. - Вы зря потратите деньги и ни чего не сможете построить на приобретенной земле!»
АКТ ПЯТЫЙ. ПАНИКА. АНШЛАГ
После того как Лужков позиционировал свое отношение к методам «Росбилдинга», от компании дружно отвернулись как кредиторы, так и потенциальные покупатели земли. Кому нужна земля, на которой без согласования властей не построишь даже собачьей будки? В воздухе повисла легкая паника. На смену наполеоновскому настроению пришло смятенное отчаяние. «После заявления мэра лично у меня возникло чувство, что брюки мои сползи до самых щиколоток, - признался корреспонденту на условиях анонимности один из руководителей компании. - Если мы не хотели стать гробовщиками собственного бизнеса, надо было что-то предпринимать ..»
АКТ ШЕСТОЙ. РАЗВЯЗКА
Собственно говоря, выбора-то особого не было. Дальнейшее противостояние с властью стало бы синонимом кассового самоубийства. Надо было искать мучительный компромисс. После аншлага пришлось идти с повинной. Лужков извинения принял но выдвинул ряд условий, которые тоже пришлось принять полностью и без предварительных оговорок.
АКТ СЕДЬМОЙ. ХЕППИ-ЭНД
Результатом встречи стало публичное отречение работников компании от прежних методов ведения бизнеса и открытие центра социальной защиты и трудоустройства. «Теперь реструктуризация любых предприятий будет проводиться только по согласованию с правительством Москвы, - заявил на пресс конференции директор компании Алексей Тулупов. - А на обучение и развитие москвичей до конца года мы выделили уже бюджет в размере двух миллионов рублей…»
ЗАНАВЕС
К началу сентября центр уже трудоустроил свыше семисот москвичей. Кто-то устроился на более высокооплачиваемую работу, кто-то получил другую, более востребованную специальность, кто-то вообще открыл свой бизнес. Конфликт бизнеса и власти был исчерпан. Социальная сфера города не пострадала. Высвободившиеся москвичи получили работу. Ружье висевшее на сцене, не выстрелило - его унесли реквизиторы.
ВЫВОД
Главный вывод из этого противостояния бизнес всегда будет провоцировать власть. Но власть, если она себя таковой считает, должна заставить бизнес принять свои условия. Лучший политтехнолог всех времен и народов Никколо Макиавелли говорил силе денег власть должна уметь противопоставить силу духа и крепость металла. До металла в данном случае дело не дошло. Но если ранее победоносный бизнес принял условия власти, значит, другие аргументы были продемонстрированы в полном объеме. Самое сильное впечатление спектакль произвел на зрителей - бывших безработных, трудоустроить которых и обещала бывшая компания-поглотитель. Бурные, несмолкающие аплодисменты, плавно перетекающие в оглушительные овации.
| 
